Навигация
· главное
· тексты
· загруз
· связи
· разговоры
· товарищи
· явления
· сообщения
· Реальность
· искания
· Видеоколлекция
Посетителей на сайте
· Гостей на сайте: 1

· Пользователей на сайте: 0

· Всего пользователей: 53
· Последний зарегистрированный: Peterkah
Видеоколлекция

Маяковский: от футуризма к соцреализму

Смотреть в большом размере

Перейти к списку

Красный до черноты
Красный до черноты

Я познакомился с Дмитрием Черным, когда на нас с писателем Бесединым свалилась премия им. Демьяна Бедного от «Левого фронта». Потом мы много общались, но все как-то урывками. Мне многое было непонятно. И я решил спросить у Черного обо всем и сразу.

- Дим, убью тебя прямо вначале вопросом, который мне самому все время задают. Ты кем себя сам-то считаешь больше – музыкантом, поэтом или писателем?

- Убил и расчленил: desecration of Hector’s body, прямо-таки. Актуальные и для общества вопросы идентичности. И нет вопросов, когда есть неотрывно прирастающие к имени романы, альбомы, премии – а коли нет, так начинается перетягивание промеж жанров, «всем рассказать немедля надо, кто ты, зачем и почему». Добавлю для шизоанализа: на рубеже веков я считал себя и графиком неплохим внутри нефигуративно-философского направления «флекс». Да уж, тут впору растеряться, замешкаться, застесняться. Здесь, кстати, и подсказка, и ответ. Я воспитывался в семье младшей научной сотрудницы и штурмана гражданской авиации, в двухкомнатной квартире, таким скромным советским мальчиком, без амбиций, закладываемых родителями с детства. Рядом вот, в четырёхкомнатной 90-й квартире в семье дирижёра рос мальчик постарше, Саша Рождественский (недавно подарил ему второй свой роман, кстати, «Верность…»). Так его с малолетства готовили в первейшие скрипачи, муштровали, из-за стены доносился плач. Было на кого равняться – Спиваков, Рихтер, Ростропович, всё семейные друзья-современники, портреты с автографами поперёк лиц на шикарном рояле… Сейчас в Париже живёт, круглогодично гастролирует, второй раз женился, отец двух детей. Нашу 89-ю квартиру 90-я аннексировала задолго до 90-х. А я всё тут, правда, и уже ниже двумя этажами, но это и есть - Моё… Знаешь, как я мысленно благодарил маму, что она меня так не муштрует, не задаёт уже сейчас (в пять лет) ритмов будущего?.. Я рос созерцательно, спокойно, закладывалось многое, но без насилия – пошёл в музыкальную школу по своему же желанию, в дошкольности и первоклассности в кружок лепки на Петровку водили, не прижился. Но был и ещё один, главный воспитатель, - тут проговариваюсь из продолжения «Поэмы Столицы», второго тома, - это вид из окна на Каретный Ряд, на центр Москвы, на сад «Эрмитаж» и Кремль. Не только в важнейшее время, но и в великолепном месте родился - сразу с форой. При таком виде нельзя было не стать писателем. Это занятие, пожалуй, главное, хотя пальцы по полночной клаве стучат намозоленные струнами бас-гитары – вот прямо сегодня вечерняя репетиция, а потом снова – в «Поэму»...

- Много рассказал! Память шикарная, Дима. Давай с музыки начнем. Расскажи о группе «Эшелон», о том, что связывало коллектив с Егором Летовым.

- К первому вопросу вспомню его же слова, сказанные в сибирской газете «Энск» году так в 1990-м или даже 1992-м, уже после всех ссылок в «дурку» и прочих ограничений свободы: мол, если запретят рок играть, буду книги писать, картины, пока руки есть, а руки отрубят, зубами кисть возьму... Вот такое же боевое отношение к творчеству у меня с той поры (и не надо бояться тут ремесленничества – делаешь что умеешь, на столько ладов, сколько времени и рук хватает, ведь нас СССР воспитывал гармонично развитыми), ибо творчество тогда ценно, когда направлено на изменение мира при твоей жизни. Когда «работает» рычагом социальных преобразований. И Егор уже потому был счастливым творцом, что при жизни, молодым и сильным увидел изменения, внесённые в мир его песнями – мир ещё советский. Всё уже не шло по плану, план сдался, рынок воцарился. Тут снова линк в будущее и «Русский прорыв» – ведь Егор этим изменениям вовсе не обрадовался. Так и у учёных бывает – открытие приводит к подтверждению вовсе не тех гипотез, что выдвигались сперва, а мирный атом становится военной угрозой. С Егором воочию я увиделся лишь десять лет после того, как силой воображения, из подвально-ревербераторных песен рисовал его себе политически озлобленным лысым дембелем, в 1999-м. Но тогда я был в зале, он на сцене – всё это подробнейше изложено во 2-й части «Поэмы Столицы» (первый и единственно пока доступный в книжных и сетевых магазах том). С «Эшелоном» связь у ГО отеческая – в точности такая же, как у «Секс Пистолз» с «Джой дивижн». Группа начала зарождаться в диалоге моём с Иваном Барановым, когда нас свёл Сергей Удальцов непосредственно перед концертом ГО в 2000-м, у сцены, концерт организовывал АКМ (а кто уж не знает расшифровки, тут даю футур-линк на роман-эшелон – так я жанр его обозначил, название пока утаю, - что готовлю читателю представить в грядущем году).

- Как ты познакомился с Летовым? Знаешь что-нибудь более конкретное, чем говорят официально, о причинах и обстоятельствах смерти Егора?

- Лично познакомился там же, в кинотеатре «Марс», под занавес 2000-го. Подловил Летова у туалета, выходящим, немного растерянным. Здесь могу отослать к недавно вышедшему «Поколению еГОра», там эта сцена есть. Правда, есть она и вообще весь «Марс», куда подробнее и в роман-эшелоне, но это «есть» пока только на моей флэшке. Не то, чтоб мы кинулись сразу общаться – единственный более-менее содержательный разговор на полчасика за кулисами состоялся через полгода в «Восходе», где мы разогревали ГО ещё с моей школьной (по генезису) группой «Отход». Тут опять отсылаю ко второй части «Поэмы Столицы», этим эпизодом стоит насладиться не в пересказе. Но тут важно понимать, что для меня означало это знакомство, прикосновение – не был я никогда фетишистом. Однако в 1992-м, накануне сдачи экзаменов на географический фак МГУ видел будущее так: если провалюсь, то беру свою «Гитару Бас-1», из приватизированного имущества пионерской комнаты 91-й школы, – и плацкартом до Омска, в послушники и басисты к Егору напрашиваться. Ибо тогда уже понимал, что Егор – это точка преломления действительности и Истории, приближение к которой ко многому обязывает. Тут-то что-то из «Сталкера» в постановке Тарковского рисуется – Егор был для нас Зоной революционных возможностей, вот почему так тянулись. Причём был он ею и накануне 1991-го – обогащая тогда, увы, возможности контрреволюционные. Не лично участвуя, но сколько кассет-то его с отборной и самой на тот момент радикальной рок-антисоветчиной бродило по стране! А баррикадники у Белого дома пели, конечно же, его под гитару – была там на плитах у СЭВ фракция анархов, о которой Цветков-младший мог бы многое рассказать, но что-то помалкивает. Впрочем, с теми, ещё подтусовывающимися около нового центра Москвы пацанами, у костров успела попеть даже «Металлика» в свой приезд на «Монстров рока в Тушино». Не помню, что точно там пел с ними, на всё кивая и одобряя, Ульрих – возможно, и «Всё идёт по плану»… Что же касается смерти Егора – классически рокенролльная, увы. «Увы» - потому что я радикально против всех этих фатализмов. И нет никакого романтизма в смерти от рвотных масс, начиная с Бона Скотта. Скотская смерть, если откровенно. Если же говорить о подлинной, ментальной причине смерти – выдохся, сдался. Иначе с чего бы выпивать по две бутылки водки в день? Хорошо хоть жена Наташа, по старой традиции жён поэтов, на себя брала какую-то долю стопок. Почему я так спокойно говорю «выдохся»? Он точно так же говорил о Янке – только у неё было самоубийство куда более явное и молодое. Янку «выжал» Егор, а Егора выжала и выжила даже из гробовых отдалённых омских домов стабилизация. Он знал, куда надо жать, чтобы своротить ещё не окрепший путинский режим – но поверил Путину, сдался течению, укрылся в наркоте и алкоте. Выбрав путь индивидуального спасения, он проиграл – его и добили в одиночку, во сне, «неуловимые мстители», массы, не сумевшие стать революционными, лишенные векторов и вождей, «нахлынули горлом»... Не даром он заявил, что «Сны» - последний альбом. Он очень много сделал, и устать, забухать было логично – но это по меркам буржуазным. Нам-то некогда не то, что уставать – дух перевести. Выпустив «Песни пьющих Солнце» - двойной и всего лишь второй номерной альбом после непростительно долгого перерыва, набираем, репетируем, аранжируем песни на следующий, что год грядущий нам готовит, сайт скромно апгрейдим.

- Дим, группу «Эшелон» называют «красным андеграундом». Разве может музыка быть подчинена политике? Или она и создавалась в пропагандистских целях?

- Рок-музыка и была изначально политикой, её делали таковой даже ляжки Элвиса на фоне советского аскетизма. Причём куда более мощной и действенной, чем политика трибун и пиджачных заседаний даже самых боевых профсоюзов. Говорю о втором (или каком там по их хронологиям?) рождении рока, уже не как тазобедренного танца в середине 1960-х, которое привело к Вудстокам и едва ли не социалистической (как минимум анархо-коммунистической) революции в США (об этом стоит почитать «Прошу, убей меня» и Патти Смит «Просто дети»)... Мне нравится ещё твой наивный концепт, сквозящий в вопросе – значит, и так может показаться, - что группу можно создать в идеологических целях. Этот вопрос для романа-эшелона – вечный и проклятый, на который отвечаю каждой главой. Насколько мы соответствовали сплотившей нас идее и почему первый вокалист группы (автор названия, кстати) выпал из нашего коммунистического бронепоезда в гущу монархическо-реакционного навоза? Конечно, «Эшелон» вырос не откуда-то из партийного кабинета назначением (хотя, тут скажем банальное: «его следовало бы придумать»). Вырос из анпиловского подвала на Пролетарской, где субкультура переквашивалась, бродила («возгонялась» – добавил бы тут Проханов) и качественно преобразовывалась в молодёжную политику, низовую. Вырос из концертов ГО, когда уже хотелось и саунда позлее и «красного» поярче (наш первый, концертный альбом потому так и зовётся «Концерт с ГО» - будучи ещё кассетным, ушёл в лёт в московских рок-магазах в 2002-м). Но были и штабные встречи, переговоры «Отхода» и «28 Гвардейцев Панфиловцев». Туда, в АКМ, постоянно улица заносила музыкантов – кого угодно, позже возвращавшихся в субкультуры. Одного костистого хлопца-активиста я увидел на весеннем концерте памяти Егора в 2008-м – уже вокалистом-готом с выкрашенными в черное волосами. А он тоже лихо вскидывал кулак недавно, скандируя «наша родина СССР», и потому ещё с былым, не замогильным задором пел кавер на «Пой, революцию!». Кстати, со смертью Егора и пошёл спад – закат боевых нулевых, и выход «Поэмы Столицы», как митингового подстрочника, в частности (вот уж не думал первым томом подводить какие-либо итоги, а вот вышло же так, увы).

- Слушай, ты словно чувствуешь своей революционной душой каждый мой следующий вопрос! Расскажи тога скорее, что такое «радикальный реализм» провозвестником и создателем которого ты, по твоим же словам, являешься. Я читал твою книгу «Верность и ревность» и так определил для себя, что такое радреал: ты знакомишься с известной личностью, общаешься с ней, выявляешь слабости и пороки, а потом спокойненько пишешь об этом и издаешь книгу? Дополни, опровергни или обвини в ошибочности и поверхностности суждений

- Ну, описанный тобой метод существовал задолго до радреала. Кажется, где-то там рядом и возникло слово «бестселлер», ведь скандалы-интриги раскупаются быстрее всего. Дашу Асланову как тут не вспомнить или байки кремлёвской диггерши (и немедленно выпил – водки «Асланов», светлой памяти 90-х). И лишь моя литературная безвестность может быть железным оправданием и алиби: «Шурик, это же не наш метод». Тут скорее вспоминается украинский фрик, постоянно кого-то подлавливающий и цепляющий на красных ковровых дорожках… Миг сияния твоего члена в лучах чьей-то славы – может быть, и прекрасен, но оный (не миг) не годится в качестве писчего прибора (особенно для клавы). Это я вспоминаю беседу усталого Гарроса и осаживающего конкурентов Прилепина в журнале «Шо» года так 2008-го, опять же. Мой год – точнее, год Дим, Медведева и мой (это я стебусь над понятым так методом). Радреал обосновывался сперва для поэзии – начну я свою занудную лекцию. Манифест я писал в начале 2000-го – причём споря тогда всего лишь с одним поэтом (соОтходовцем и соВавилонцем Минлосом – ныне известным более в качестве лингвиста), а заодно со всей ветвью вполне тогда торжествовавшей метафизической поэзии. У нас был долгий диалог во флекс-сборниках, среди графических экспромтов – письменный, такая вот архаика (хотя, это дико напоминает нынешние сетевые флэймы). Манифест подводил черту под спором о «презервативах» (в общении с реальностью) – я утверждал, что прикосновение к ней без уже навязшей в зубах и везде тогда пелевинщины, концептов-рецептов, прямо-таки рецепторами, без изоляции-экстраполяции - возможно. Вышло, однако, как не раз в тех моих нулевых – что начинал я писать этот манифест в келье школьного психолога на 4-м этаже родной 91-й, а заканчивал уже где-то на площади, на митинге, и ещё в тренде нового реализма. Но хронологически было так: в 2002-м нынешний политузник Леонид Развозжаев передал мою книгу с Манифестом и методами радреала своему другу-писателю, тот почитал, поговорил со мной по телефону (дело было на моём конце провода на набережной Максима Горького, в редакции газеты «Независисмое обозрение» и на меня с полки смотрела первая книга Липскерова, доказывающая, что постмодерн и стёб торжествуют уже во втором поколении), сказал, что не со всем согласен, но в целом - за. Ну, и потом были ещё манифесты, и как-то зажилось нам всем коллективнее в отрицании постмодернистского траура и веселей, хотя физически мы перезнакомились позднее. А уж прозу Сенчина, с начала 90-х упрямо шедшую новреалистическим тропом, я настолько позже прочёл, что своё изобретение велосипеда даже не посмел бы теперь вставлять в хроники новреализма. Объективно радреал заявился и вырос как авангард нового реализма – и остался на уровне заумизма при доминировании переросшего в соцреализм футуризма понятого по-маяковски. Хотя, есть, конечно, последователи – они изъясняются проще, уже восприняв манифест радреала как методичку. Андрей Фетисов, например – поэт из далёкой Микуни (Коми АССР). Если тут нужна аналогия… Возможно, как с Кручёныха в 1960-х, с меня сдуют пыль только в связи с этой литизюминкой нулевых.

- Это слишком заумно, Дима. Мне за тобой не угнаться. Давай ближе к людям: Катя Гордон не обиделась, что ты вынес столь личные вещи, бывшие между вами, на страницы книги?

- Увы, сие не дано мне знать. Было так: Катя уже с животиком проводила в Б-2 свой концерт, перед родами, видимо, прощальный. Клёво выступила, как всегда. Я был зван, верно стоял в первых рядах, а после выступления, когда она вышла в зал в чёрной шапочке, высветилась из хорошо мне знакомой комнатки кулис – вручил книгу. И она тотчас – диск Blondrock’a «Надоело бояться». Мол, баш на баш, я тут тоже кой-чего успела. Тут же заинстаграмила (затвиттила?) нас – причём, на фото, несомненно, просочилась минутная нежность (скорее, моя, вдохнувшего кудрей). А вот потом – тишина. Была после концерта невысказанная безумная идея позвать ко мне домой всю группу, как раз никого не было, - и рядом, и ночь бы напролёт, как Guns’n’Roses, - но что-то слишком озорное в глазах её искрилось, не стыкуемое с таким сценарием… Я следил по некоторым всплескам СМИ за непростою траекторией её семейных отношений. Следил, понимая, что мужчинъ, который адвокат, ей попался непростецкий – даже эсэмэсил, когда сообщали о битье. Потом о неких монастырях заговорила в интервьях – пришла пора консерватизма, ну и… Потом лишь редкие посты в ЖЖ о некоем уютном заведении, где молодых и потенциальных мам психологически оберегают. Эмблема напомнила мне Черномырдина с его надёжными руками «домиком» на метрорекламе «Наш дом – Россия»… Сына воспитывать нужно под крышей надёжного мира, не до радреалов тут. А я, проказник эдакий, возьми да подари свой сборник стихов с нашим длинным буриме Александру Гордону, что дышал мне в затылок коньяком – по случаю, был у него в сидельцах-экспертах на смешной телепередачке о семейных отношениях. Как низко мы все пали – «Циники» Мариенгофа, да и только…

- А вот Лимонов не создатель ли «радреалистского нон-фикшна»?

- Я его впервые открыл как раз тогда, когда вторая часть «Поэмы Столицы» становилась возможной в газетно-оппозиционной суете – в 2002-м. До этого снобистски относился – не из высокой моральности, а вот как-то сложилось так. Не понравилось беглое, несерьёзное описание уличных окон в «Эдичке», данном Минлосом читнуть походя в метро, куда-то по пути, год был 1992-й примерно. И лишь когда посадили – вот тут-то заработало. Кстати, «Поэму-инструкцию бойцам революции» (к которой приложен Манифест радикального реализма, как оргвывод) – я не только в числе ряда политзаключённых ему посвятил, но и послал Лимонову за решётку через Тишина. Оба подтвердили потом факт передачки, но иных, интервербальных подтверждений этой встречи – пока не встречал. Слишком Дед высокомерен в подобных вопросах, иерархичен. И на презентацию «Поэмы Столицы» в Билингве был зван да не явился. Да, он не мог не повлиять – более того, «Книгой мёртвых», которая и открыла его мне – он как бы многое разрешил (до «Эдички» я добрался вообще лишь за порогом нулевых). А потом и Велединский на одной книгопрезентации с бокалом тёмно-красного вина настаивал на лимоновском отцовстве новреала (после этого хоть посмотрел его весёлое «Русское») – с этим никто из спикерайтеров спорить и не будет. Тем более что Роман и Захар побывали другороссами, а Сергей слал ему на зону не вшивую книжонку, как я, а денежный эквивалент «Дебюта»… Но вот чтоб прям создателем его назвать – не уверен. У Маркеса есть куда более радреалистический роман о Чили, например. Но Лимонов именно как русскоязычный – вдохновитель, вот подходящее слово.

- Ты доволен тиражами своих книг? Тем, как они продаются? И вообще выходом к читателю доволен? И не ощущаешь ли ты, что стать в полной мере признанным писателем несколько мешает политический шлейф?

- Довольного своими тиражами писателя я бы сразу списывал со счетов – о таких и говорят «вышел в тираж». Кстати, и Пушкин незадолго до роковой дуэли беспокоился плохим распространением своих книг, а прозу его так при жизни и не оценили, не заметили. Тиражи мои скромны (что такое пару тысяч для многомиллионной РФ, Украины, Белоруссии?), сетевые скачки с минимальными препятствиями е-бучной аудитории – побольше, как водится. Однако я гораздо нежнее вас, наших деточек (по поколенности новреализма), отношусь к неизвестности, чем любой стартующий и дерзающий. Неузнаваемость для писателя – даже не плюс безусловный, а орудие преступления. Самый подходящий для его работы (если это именно работа) образ, стиль присутствия в обществе. Цель ведь – не чтоб любили и почитали и ублажали, как рок-звезду, как одутловатого думского паяца, цель – это общество повернуть к тем истинам, которые фундируют революцию. Надо ли при этом сиять с обложек журналов? Это вряд ли. Сияние – возвращается вовсе не вдохновением порой, портит голос, тупит мысль, примиряет с неизменённой тобою, а лишь дополненной действительностью. Цель – не быть званным гостем в домах Пашковых там всяческих, где буржуи (они же, чуть покучнее – государство) делятся при посредстве своих либеральных литературных лакеев-культурников с теми, кто пишет им нравящееся. Цель – свои премии вручать, пролетарские, а не барские. Тебе, как лауреату-демьянобедновцу сие и постижимее. Нас сажают, а мы – награждаем. Даже из-за решётки. Вот вам наша линия в культуре, наша длинная рука, вовсе не нацбестов просящая, а дающая сама! Вот вам наша советская, священная война-интифада с режимом регресса (в том числе и культурного). И ни шагу назад – в пресловутый «русский мир» с его карнавальной православностью и разудалым купечеством. Демьян Бедный искусно это высмеивал в «Царе Антоне». Да, поворот тут происходит на уровне тиражей – но политическое, которое не скроешь, Ромушка, оно же идёт раньше! Вот та же «Верность» - это 2012-й год, я как Де Сад, вдохновлённый революцией, вбрасывал свои мысли о личных взаимоотношениях в массы, готовые перевернуть Россию, ухватившись за шкирку Болотной… Книга и листовка – не такие уж дальние родственницы, как кажется по первости. Да и стоит ли ждать быстро-лёгкой известности недописавшему второй том «Поэмы Столицы» (то есть не давшему читателю – самого начала, там весьма хитрое устройство)? Помнишь, у «Металлики» - Fade to black? Многие жонглируют цветами, упоминая меня – ну, так я уточняю, я красный до черноты. Запекшаяся кровь Советского Союза.

- Вот это метафоры! Давай тогда скорее ближе к поэзии. Расскажи, какова была роль Дмитрия Кузьмина в становлении тебя как поэта? Почему позже появилась критика тебя им? Почему он позже усомнился в твоем поэтическом даровании?

- «Оказался наш Димон не скворцом, а уткою» (это я не о нём, а его губками-бантиком – о себе)… Ну да – я лишь недавно как-то наткнулся на Димины «фи» в мой адрес, сказанные в кругу моих издателей, что особенно забавно (они выпадают в Вики-статье обо мне)... Он верен поколению. Тоже относительно недавно посмотрел олдовое ток-шоу на «Ностальгии» - там они спорили чуть ли не у Киры Прошутинской на ступенях о «голубой» любви. И это ещё в СССР, широкие оправы очков, длинные и острые лацканы, блеск щёк 80-х, а аудитория такая уже продвинутая в некую анальную глубь и одновременно бердяевскую духовность, что поражаешься – неужели выйдут и снова станут секретарями районных ячеек ВЛКСМ?.. Вот отсюда и стоит оценивать их ненависть к «красному». Для них свобода, включая сексуальный подтекст – тождественна контрреволюции. И в чём-то они правы – на обеспечение их столичных свобод таки пошли в топку попятившегося паровоза России обломки республиканского социализма. Ещё надолго хватило, потом эта бывшая соцсобственность преобразовалась в виде выжимок рабочего пота (вариант: проданных на металлолом станков) в гранты, премии, уже раздаваемые новыми хозяевами. При одной такой олигаршей жонке, желающей культурного туризма и меценатства, пристроился и наш культуртрегер в нулевых, как гей – вне мужних подозрений, идеальный союз кошелька и оглавления… Однако роль Митину с своей биографии принижать не смею – после того, как подошёл к нему в некоем партийном как раз помещении на Берсеневской набережной (этакий там дом-сросток из церковных стен и палат Малюты Скуратова) в 1997-м летом с желанием быть напечатанным в «Вавилоне», стал официально поэтом, включилась идентичность. Ну, и первую же книгу стихов «Выход в город» (1999) он собственноручно набирал, верстал – тёзки добра не забывают…

- А Удальцов? Он какое добро тебе сделал? Почему ты решил левачить с ним, а не с Зюгановым?

- Удальцов мой ближайший товарищ с 2001-го, мы оба координаторы Левого Фронта, только он в заключении, а я на воле. Вот, включил в 4-ю часть «Поэмы Столицы» описанный мною из зала Мосгорсуда процесс по «делу Удальцова-Развозжаева». Структура координации ЛФ (как Команданции у сапатистов) горизонтальная: нас много, включая, «неизвестных солдат» в регионах. Слово же «левачить» подходит больше Зюганову – поскольку подразумевает лицедейство без революционных действий. С папой Зю я прожил рядом на Малом Сухаревском в здании ЦК – тоже немало (помнишь по второму роману и последней его главе), сайт КПРФ.ру редактировал аж два года в пору апгрейда оного и недолгой прогрессивности партии (первая пятилетка нулевых, «седая революция» в Солнечногорске в 2005-м была пиком прогрессивности, потом пошёл трусливый спад и сдача протестных позиций на уровне ЦК КПРФ). Но тогда-то (чуть раньше, в 2004-м) и зародился Молодёжный Левый Фронт, повзрослевший за десятилетие и теперь частично политзаключённый. ЛФ стал тем прорывом из поля придворной политики, на который набралось сил за нулевые – взяли лучшее от НБП, но нагрузили подлинно классовым содержанием, без буржуазного национализма (ныне слившегося с «русским миром»), в ЛФ вросли не только АКМ, СКМ, РКСМ, но кадры дали и другие микро-молодёжные организации. Так дожили до 2012-го, однако с первого удара своротить кремлёвскую глыбу не смогли. Да и аудиторию Болотной, увы, не отвоевали у либералов – что и было началом поражения…

- Дима, если через 20 лет ты придешь к верховной власти – нам всем ждать закрытия церквей, разграбления имущества, ну и философского парохода?

- Хотелось бы понять, что через 20 лет будет считаться разграблением. Мы с тобой родились при конституции брежневской, по которой неприкосновенной и неделимой была лишь одна собственность – социалистическая. Однако её запросто поделили приватизаторы спустя всего лишь десятилетие (от рождества Романова), и ты теперь говоришь, как телевизионные кликуши – но им-то как раз реально разграбившие СССР платят за такие псалмы явно побольше твоего и моего.

- Ну а как мне еще говорить… Я же существо телевизионное… У меня их десять на двухкомнатную квартиру

- Дослушай. А вот Прудон, например, даёт иную формулу – «всякая собственность есть кража». Не случайно его имя со стелы в Александровском саду вместе с прочими – уступило место царям. Миф о социалистической революции как краже существует в рамках царствующей ныне идеологии, по которой власть Ельцина-Путина есть возвращение исторической справедливости неким ущемлённым (варианты: ограбленным, безбожно осквернённым, высланным, замученным в ГУЛАГе) проклятыми большевиками. Клёвый миф, почти верится, но главное не сходится: в роли помазанников и возвращенцев из эмиграций выступают недавние партийцы и гэбня, «проспавшая» распад СССР, но сентиментально считающая его трагедией. Подсвечниками, как застрельщик-Ельцин – выступают гнавшие из КПСС за посещение церкви (в Свердловске он так и делал, знаю от очевидцев). Вот такая у них правда характеров. «Человек может сменить убеждения» - отстреливался Ельцин, впрочем, выстрелы вскоре стали танковыми. Один человек сменил – и сколько положил в реформах. Сверхдержаву сделал колонией. Класс буржуазии, куда более паразитский, чем в начале ХХ-го, создал с нуля (или почти с нуля, учитывая теневиков и кооператоров, - дав преференции как раз тем, кто отвечал за неделимость соцсобственности). Ну и кто тут что украл – и, главное, у каких количеств? А те, кто создавал почти целый ХХ век тут заводы, космодромы, трубопроводы и города как принципиально общие, и они тогда исправно функционировали, - они сейчас не ограбленные?! Или ограбленными теперь вечно будут считаться те заводчики и фабриканты, попы да помещики, что утратили в 1917-м власть? Чтоб ты понимал мою классовую природу – я-то как раз по бабушкиной линии из дворян, мне-то бы тут в Москве жилось получше некоторых, существующих в данном мифе. Но я, как и все бабушкины братья и сёстры, – принял Великий Октябрь как свой, ещё октябрёнком, верен всем присягам. Подробнее об истории моей семьи внутри Москвы – в продолжении «Поэмы Столицы». 20 лет – многовато, но если 60 лет возраст расцвета политика по меркам юлиан-семёновского Мюллера, то давай прикинем, чего ждать, если я вдруг прорвусь в Кремль с волною революционных масс. Первым делом – переноса столицы в Сибирь, к центру Азии поближе, Китай нам будет братом. Геополитика меняет назначение городов, переносит силовые центры. К тому моменту, когда путинские буржуи (силовигархией их нарек) выжмут недра – и подавно, останется атомная энергетика, а она сильнее там. Устала Москва от роли финансового клеща и одновременно кормилицы невольно трудящихся в сырьевой империи. Как верный её сынок – дам отдохнуть ей, «подожди немного»... Статус сырьевой изменится прежде переноса столицы, конечно. Объединим не Крым один, а Белоруссию, Украину, Молдавию, Казахстан, с прибалтами договоримся чуть позже. С церквями поступим по обстоятельствам, функционально их назначение явно изменится – в лучшем случае будут музеи. Однако нынешняя реституция, когда Союзкинохронику (которую бы увешать мемориальными досками Эйзенштейна, Герасимова, Кармена, Вертова) ради новых колоколен гонят из Лихова переулка к чертям собачьим – настолько озлобит народ (подчёркиваю: не мифических комиссаров, а тот самый деревенский народ, который и жёг церкви, и раскулачивал жирдяев-попов), что он решит всё до нас. Нам лишь придётся спасать оставшееся декретами, как делали Ленин, Дзержинский и Луначарский. Кстати, киевского Ленина, из охранного списка ЮНЕСКО, громили кувалдами и попы (короткая у них «классова пам’ять» – был такой тэг у моего украинского товарища Манчука). Пароход же для нынешних философствующих подпевал и «вкладчиков» социального регресса – да, но не за границу, а на подновление Беломорканала. И вместо «Дома-2» - реалити-шоу, где трудящиеся наши будут видеть, как с потом контра из себя выдавливает буржуазные ереси, перегородившие миру, не одной России, дорогу к коммунизму. Чубайс с лопатой, Греф с тачкой, Набиуллина – ударница взрывающих диабаз отрядов, гармонист Дворкович – на смотре самодеятельности Белбалтлага… Это вам не усердная Беркова. Загляденье! Евровидение затмим.

- Расскажи, почему Евразийство – это неаутентичное течение с твоей точки зрения.

- Оно эпигонское и постмодернистское по определению, поскольку решает нынешнюю геополитическую задачу на старом языке и без знания главного «Х» - классовой сути процесса. Пытаться объединить бывшие республики, не объединяя собственность по-социалистически – это и значит евразийствовать. Надстроечный блеф всё это евразийство – кормушка для дугинцев, идейное оправдание существования бюрократов при нескольких фондах, не более того. А уж сидючи в Президент-отеле, сюда можно приплести многих пароходных и земных мудрецов начала ХХ века и даже Достоевского – у всех них идеалистская, бесклассовая закваска. Равенство в экономическом плане, а не кюльтюрное родство, язЫки и прочие погоняла национал-идеалистов – вот что может объединять. Повсеместное свержение элит. Территориальное единство завоёвывают только сообща, а границы стираются тогда, когда в них отпадает необходимость для трудящихся. Буржуям и правительствам границы априорно выгодны, как и разные валюты, языки и т.д. - ими они разделили советский народ, как в 90-х базисно его соцсобственность.


Роман БОГОСЛОВСКИЙ, "Свободная Пресса"

Комментарии
Нет опубликованных комментариев.
Опубликовать
Пожалуйста, авторизуйтесь для комментирования.
Оценки
Оценки могут ставить только пользователи.

Пожалуйста, авторизуйтесь или зарегистрируйтесь для оценивания.

Оценки отсутствуют
Авторизация
Пользователь

Пароль



Не зарегистрированы?
Регистрация здесь.

Забыли пароль?
Запросите новый здесь.
Мини-чат
Вы должны авторизоваться для размещения сообщений.

MoreVon
15/07/2017 12:10
what does cialis do online cialis <a href="http://buyccc
ialisonline.com/">bu
y canadian cialis</a> wow look i

MoreVon
15/07/2017 12:10
buy pills cialis generic 20mg generic cials <a href="http://buyccc
ialisonline.com/">ch
eap cialis</a> cialis

Jerryboism
15/07/2017 12:09
w <a href= http://cialisfch.c
om >buy cheap cialis</a> heard cialis coupon generic cialis online

MoreVon
15/07/2017 12:05
cos e il cialis generico buy cialis <a href="http://buyccc
ialisonline.com/">ci
alis online</a> what does cial

MoreVon
15/07/2017 11:48
cialis mail canada generic cials <a href="http://buyccc
ialisonline.com/">ch
eap cialis</a> cialis livraison a